Сайт -Мы победили-
Пионеры-герои >>
Список книг >>
Мария Познанская "Георгины цветут". Содержание >>
Читать "Георгины цветут". 6 глава

                            6

 

В сорок втором будто хищные волки

Немцы рвались к Сталинграду на  Волге.

Лучших туда посылая солдат,

Быстро хотели занять Сталинград.

 

Город зовётся теперь Волгоградом,

Волга широкая плещется рядом,

Многое видеть реке довелось.

Много тут крови людской пролилось!..

 

Взяв Украину и с хлебом и салом,

Гитлер доволен, об этом мечтал он!

Думают фрицы: хозяева мы,

Кончим с победой войну до зимы!

 

И принимает «гостей» из Берлина

Многострадальная мать-Украина.

Едет фашистская новая знать,

Лучшие земли мечтая занять.

 

И генералы, напялив мундиры,

В лучших домах занимают квартиры,

Думают: это навеки своё  —

В Киев слетаются как вороньё.

 

Киев не хуже прославленной Вены  —

В оперу надо сходить непременно,

Есть там артистка, певица одна,

Знают, считается примой она.

 

В театре фашистам открыты все двери,

Будут сидеть генералы в партере,

Флаги парадные веют со стен,

В опере вечером будет «Кармен».

 

 

                                                                                      *  *  *

Пришёл июль к нам невесёлый,

Но в Ботаническом саду

Кружились в хороводах пчёлы,

Жужжали в липовом цвету.

 

Там кто-то шёл походкой лёгкой

Под липы, в тихий уголок.

На гордо поднятой головке

Коса лежала как венок.

 

Была подруга с нею рядом,

Одета в пёстрый сарафан.

С девчоночьим открытым взглядом.

Подстрижена как мальчуган.

 

Одна Окипная Раиса  —  

Золотокоса и стройна.

Она известная актриса,

Солистка оперы она.

 

А та, другая, Бремер Женя.

И знать не знал никто вокруг,

Что Женя, немка по рожденью,

Наш преданный, наш лучший друг.

 

Она росла на Украине,

Здесь выбрала себе друзей,

Считая этот край отныне

Любимой родиной своей.

 

В те дни, когда война настала,

С собою принеся беду,

Подпольщицею Бремер стала

И от знакомых не скрывала,

Что с немцами она «в ладу».

 

Легко болтая по-немецки,

Чтоб лишний выведать секрет,

Она звала их по-соседски

На чашку чая, на обед.

 

К врагам она вошла в доверье,

Она очаровала всех,

Для них у ней открыты двери,

В её квартире танцы, смех.

 

За чаем, в дружеской беседе,

Всё Женя выспросить могла.

Чтоб Кудря знал: кто в Киев едет,

Как на фронтах идут дела...

 

Подруги, встретившись, гуляли

Под липами в густом саду.

Они не думали, не знали,

Что встреча им сулит беду.

 

Шептались потихоньку обе...

—  Раиса, что слыхала я,

Узнали важные особы

Про киевского соловья.

 

Фашисты съехались, и, значит,

Уже не будет перемен.

Ведь это редкая удача:

Сегодня вновь идёт «Кармен»!

 

Ты будешь петь фашистской знати,

Замрёт от восхищенья зал.

Максим  —  в карманах по гранате

—  Поймёт условленный сигнал.

 

Должна ты поклониться, Рая,

От рампы отойти назад.

Тогда Максим, он сядет с краю,

Швырнёт гранаты в первый ряд…

 

В аллеях тишина, ни звука,

Там никого, казалось, нет.

Но ядовитою гадюкой

Ползла предательница вслед.

 

Изменница с гадючьим жалом

Их выследила. На беду,

Их разговор она слыхала

Под липами, в густом саду...

 

 

                                                                                     *  *  *

В  хрустальных люстрах свет погас,

Толпа притихла, онемела.

Так хорошо, как в этот раз,

Ты никогда, Кармен, не пела.

 

Свои последние слова

Поёт цыганка-чаровница.

Через мгновенье, через два

Всё это здесь должно случиться...

 

Аплодисменты рвутся ввысь,

Шумят, как пышная дубрава,

Зовут Окипную на «бис»,

Кричат Окипной:  —  Браво! Браво!

 

Что делать, как уйти назад,

Партер и ложи  —  всё в круженье...

Она взглянула в дальний ряд  —

Там Жорж, Максим и с ними Женя.

 

Кармен в смятенье у кулис,

Под красным шёлком сердцу тесно,

Но вдруг не просьба спеть на «бис»,

А грозный окрик:

—  Всем ни с места!

Всем документы предъявить!..  —

И люстра вспыхнула в партере.  —

Все входы, выходы закрыть!   —

И накрепко закрылись двери...

 

И не успел ещё Максим

Шепнуть друзьям «Беда, ребята!»,

Как заломили руки им,

В лицо нацелив автоматы.

 

Стоят гестаповцы кругом,

Змея-предательница с ними.

Бормочет:  —  Каждый мне знаком,

Я назову любое имя.

 

Усатого зовут Максим,

Его мне адрес неизвестен,

Окипная дружила с ним,

Я их не раз видала вместе.

 

Раису знаю я с зимы,

За ней слежу уже полгода.

Брешу ей, что землячки мы,

Из Винницы мы обе родом.

 

Всплакну я для отвода глаз:

«При немцах жить невыносимо!»

И мне, поверьте, каждый раз

Поддакивала эта «прима».

 

И Дудкина узнала я,

И Женя Бремер тоже в зале,

С Окипною они друзья,

Они меня в подполье звали...

 

Гестаповец промолвил:  —  Гут!

О, вы стараетесь, я знаю...  —

И всех в гестапо их берут:

Максима, Жоржа, Женю, Раю.

………………………………………

 

У палачей не стало силы,

Фашистов разбирала злость,

Подпольщики стальными были:

Три месяца пытали, били,

Но их сломить не удалось.

 

Окипная не отвечала,

Молчала Женя, Жорж молчал...

В тюрьме гестаповец сначала

То улещал их, то кричал:

 

—  Кто с вами был ещё в подполье,

Вы назовёте или нет?  —

Но люди падали от боли,

Ни слова не сказав в ответ.—

Максим, из них ты самый мудрый,

Зачем воды набрал ты в рот.

Скажи, и выпустим наутро.

 

—  Жди, жди, скажу!  —  И смелый  Кудря

В глаза гестаповцу плюёт.

 

Допрос окончен. Рассветает.

Край облака порозовел.

Максима, Жору, Женю, Раю

Ведут фашисты на расстрел.

 

День выдался осенний, ясный  —

Подарок на прощанье им...

—  Нет, мы боролись не напрасно,  —

Своим друзьям сказал Максим.  —

 

В последний раз нам солнце светит,

Ну что ж, умрём как на войне.

И завещаем нашим детям

И жизнь и солнце в вышине!..

 







© Copyright
Сайт Марины Турсиной "Мы победили", 2010-2012
Все права защищены. При перепубликации материалов активная ссылка на сайт обязательна.
Доска объявлений Рязани